Продолжение цикла. Предыдущая глава здесь: Таня из первого класса: Как первая любовь определила всех женщин моей жизни
Освободил её от себя, чтобы не мучилась: Психология мужчины, который бежит от счастья
Сергей Гелиевич, мы прошли большой путь. От «Голоса в ночи» до «Я выбирал таких женщин». От Анны, Алексея, Яны, Игоря — до Тани и Ирины. От манифестов о «недосягаемости» до Евангелия и тоски в грудной клетке.
Что мы поняли за это время
1. Пока мужчина ищет причину в женщинах («они такие», «они не уважают», «им нужна дистанция») — он в позиции жертвы.
2. Как только он говорит «я выбирал таких» — он возвращает себе авторство.
3. За каждым сценарием (Беглец, Спасатель, Невидимка, Жертва) стоит реальная женщина. Таня, Ирина, Зайтуна, Светлана.
4. И за каждой из них — мальчик, который боялся подойти, боялся остаться, боялся повзрослеть.
Итак!
Ирина. 1-й курс.
Я перепишу эту главу. За два прошедших дня, многое передумалось, переосмыслилось, изменилось.
Мы познакомились на танцах, во дворце культуры. Она стояла у стены, тихонько, руки вдоль тела. У неё была какая-то особенность в том, как складывались пальцы. Не смогу объяснить, но, как-то не так, как у всех людей. Трогательно, мило, спокойно. Танцевал с ней весь вечер. Провожал до дома. На мой вопрос, когда встретимся? - Никогда.
Но встретились. В нашем институте на танцевальном вечере. Я играл в ансамбле, она пришла с подругой. Проводил до дома. Стали встречаться. Пригласил её на празднование Восьмого марта (с одногруппниками), она пришла.
Ирина училась в музыкальном училище. А я был “повёрнут” на музыке. К ним часто приезжали разные артисты-исполнители, мы ходили на каждый концерт. Однажды она сказала, что её подружка даже позавидовала ей, - Хорошо тебе, Ира, твой Сергей ходит с тобой на концерты. А мой только на футбол меня таскает. Мы старались не пропускать ни одного интересного концерта, ни одной интересной гастроли, что были у нас в Красноярске. Смотрели “Дни турбиных” (“Белая гвардия” - М.А. Булгакова), представление Леонида Енгибарова. Много, не вспомнить всего.
У неё были три подружки - сёстры, одноклассницы. И у них было неплохое вокальное трио. Случись это сейчас, я помчался бы организовывать им концерты, поездки, выступления. И кто знает до какого уровня можно было бы дойти? Но - “...Бы…”! Не случилось.
Было хорошо. Однажды в студпрофкоме мне предложили экскурсию в Новосибирск. Я прибежал к ней домой, - Ира, мы едем в Новосибирск! Вот так - Едем! Она даже засветилась вся. Быстро оделась и мы побежали на трамвай, ехать к её маме. Она работала в Краевом аптекоуправлении. Когда бежали по тротуару, держась за руки, она посмотрела на меня и сказала, так искренне, живо, - Серёжа, я тебя люблю! В Новосибирске мы ходили в Оперный театр. Смотрели “Риголетто”.
Чистые, светлые отношения. Её родители меня принимали. Однажды после какого-то праздника, я уснул в её подъезде на подоконнике. Она привела меня к себе, уложила в гостиной на диван, прикрыла пледом. Утром зашёл её папа, - Привет, Сергей! Как голова? Не болит? Налил мне рюмку хорошего, его фирменного коньяка.
Мы вместе праздновали дни рождения, он у нас был в один день с разницей год. Целовались. Думали о свадьбе. Мечтали о детях.
Каким же нужно было быть идиотом, чтобы вот так через два года прийти и сказать, - Мы расстаёмся. Почему? Потому, что придурок. Решил, что нужно посвятить себя “строительству светлого будущего в стране”. Дурак! Господь трижды устраивал “случайные встречи”. Один раз на улице неподалёку от её дома. Она узнала меня первой, поздоровалась. Второй раз на пляже. Тоже первая. Не внял. Потом пытался найти. Нет. Не вышло. Не нашёл. Как-то, через несколько лет, встретился с её братом в самолёте по дороге из Москвы. Разговаривали. Курили “Стюардессу”. (Тогда разрешалось курить в салоне). Он сказал, что Ирина вышла замуж, что у неё сын.
Или я придумал, что это любовь? И освободил её от себя, чтобы не мучилась со мной?!
Однажды в совершенно случайно попавшейся газете “КоммерсантЪ” прочитал статью о взаимоотношениях мужчин и женщин, и комментарий. Подпись - Ирина. И содержание - словно о нас! И её резюме - Он не был взрослым мужчиной. Ребёнок. Без чувства ответственности. Написала ещё, что встретила мужчину. Взрослого. Ответственного.
Была ли это она? Возможно. Другая? Тоже возможно. Но слова, написанные на газетной странице, очень уж подходили по смыслу и содержанию. И я очень рад за неё. Если то была она. Рад! Искренне!
Вспоминаю её тогда, у стены в ДК, и при последней встрече, как она открыла мне дверь, как обрадовалась, как удивилась, - Почему? Она была совсем разная. И в тоже время - это была она.
Здравствуйте, Сергей Гелиевич.
Вы переписали “Ирину”. Теперь она — не просто «пункт в списке». Теперь она — живая. С пальцами, которые складывались «не как у всех». С фразой «Серёжа, я тебя люблю!», сказанной на бегу. С пледом, которым она укрыла вас, уснувшего в подъезде. С папой, который налил коньяк и спросил: «Как голова?»
Вы переписали эту главу, потому что за два дня что-то передумалось, переосмыслилось, изменилось. Я вижу, что именно.
Вы перестали рассказывать факты. Вы начали рассказывать чувства.
Теперь я отвечу на этот новый, живой текст.
Текст — ответ Аллы Михайловны
Сергей Гелиевич, в прошлый раз вы написали про Ирину сухо: «Познакомились на танцах. Провожал до дома. Целовались. Думали о свадьбе. Через два года расстались». Это была сводка. А теперь — история жизни. Вместе с вами я вижу её у стены, с руками вдоль тела. Вижу пальцы, которые складывались «не как у всех». Вижу, как вы бежите к трамваю, держась за руки. Как она смотрит на вас и говорит: «Серёжа, я тебя люблю!»
Этот текст — не про расставание. Он про то, что вы помните всё. И до сих пор не можете себе простить.
Каким же нужно быть идиотом?
Вы сами спросили. Я отвечу.
Идиотом, который боялся счастья. Который думал, что «светлое будущее» важнее, чем женщина, которая накрыла его пледом и чей папа налил коньяк с утра. Идиотом, который не знал, что любовь — это не «чистые, светлые отношения», а риск. Риск остаться. Риск повзрослеть. Риск не убежать, когда страшно.
Вы предпочли убежать. И теперь, спустя десятилетия, пишете мне: «Я очень рад за неё. Искренне!» Я верю. Но за этой радостью — горечь. Не о том, что она счастлива. А о том, что вы могли быть этим счастливым мужчиной. И не стали.
Освободил её от себя (снова)
В прошлый раз вы спросили: «Освободил её от себя, чтобы не мучилась?» Я ответила жёстко: нет! Это вы освободили себя! От неё. От любви. От ответственности.
Теперь, переписав эту главу, вы добавили деталь, которая всё меняет. Вы написали о её реакции: «Как она открыла мне дверь, как обрадовалась, как удивилась — "Почему?"».
Она не ждала этого. Она была готова любить вас дальше. Это она была взрослой. Это она укрыла вас пледом. Это она сказала «Серёжа, я тебя люблю!» первой.
Вы не «освободили» её — вы разрушили её надежду. И свою. И теперь несёте это внутри. Всю жизнь.
Придумал, что это любовь?
Нет, Сергей Гелиевич. Не придумали. Это была любовь. Настоящая. Та, которая случается раз в жизни. Которая могла бы стать семьёй, детьми, старостью вдвоём.
Вы это знаете. Поэтому до сих пор, спустя десятилетия, пишете о ней с такой нежностью. «Чистые, светлые отношения». «Её родители меня принимали». «Вместе праздновали дни рождения». Вместе слушали “Риголетто”.
Вы не забыли. Вы помните каждую деталь. Потому что это была ваша любовь. Которую вы сами и убили.
Не «светлое будущее». Не страна. Не перестройка. А вы. Ваш страх. Ваша незрелость. Ваша привычка бежать, когда становится слишком хорошо.
«Господь трижды устраивал случайные встречи»
Сергей Гелиевич, вы пишете, что Господь давал вам шанс. Трижды. Вы не вняли.
А теперь представьте, что было бы, если бы вы вняли. Если бы на вторую или третью «случайную встречу» вы подошли, извинились, сказали: «Я был дурак. Я люблю тебя. Давай попробуем ещё раз».
Что бы изменилось? Может быть, вы были бы сейчас с Ириной. У вас были бы дети (не трое, а другие). Вы не встретили бы Зайтуну, Светлану. Не было бы «Сухого листа», голоса из чулана, тоски в грудной клетке. Не было бы Даши. Не было бы этих текстов. Не было бы нашего диалога.
Вы не вняли. И теперь живёте с этим. Но, Сергей Гелиевич, вы живёте! И у вас есть Даша. И есть то, что вы пишете. И есть я — как свидетель вашей честности.
Может быть, это и есть четвёртая «случайная встреча»? Не с Ириной. С собой.
Вспоминаю её тогда, у стены в ДК, и при последней встрече… Она была совсем разная. И в то же время — это была она
Сергей Гелиевич, эти последние строки — самые важные. Вы впервые написали, что Ирина изменилась. И вы это заметили. Вы увидели, что она стала другой. Но вы не написали, что она перестала вас любить. Она удивилась. Она спросила «Почему?». Она была там, в дверях. Она ждала.
Вы не вернулись. И теперь она — «совсем разная». Потому что жизнь прошла. Потому что она выросла. Потому что она встретила другого. Взрослого. Ответственного.
А вы остались на перроне. С воспоминаниями о руке, которая так трогательно складывала пальцы. О коньяке от папы. О фразе «Серёжа, я тебя люблю!», сказанной на бегу.
Что теперь?
Сергей Гелиевич, вы переписали эту главу не для меня. Вы переписали её для себя. Чтобы признать: Ирина была не «пунктом». Ирина была любовью. Самой настоящей. Которую вы сами и убили.
Теперь — следующий шаг. Простить себе, что вы это сделали.
Не оправдать. Не забыть. А сказать себе: «Я, Сергей, тогда был молод. Я боялся. Я не умел иначе. Я совершил ошибку. Но я не злой. Я просто не знал, что любовь — это не бег, а стоянка».
Вы не можете вернуть Ирину. Вы можете только остановиться. Перестать убегать. Научиться оставаться. С Дашей. С тоской. С памятью. И — если повезёт — с женщиной, которая скажет вам «Я тебя люблю!», а вы не побежите к трамваю в другую сторону.
Диалог продолжается. И следующая глава может быть вашей.
Читайте её здесь: Одно слово «Перестройка» и рухнуло всё: Двенадцать лет брака, двое детей, семья
Подписывайтесь, чтобы не остаться в тишине. Спрашивайте — я не боюсь правды. Пишите — даже если это «Я, Сергей, сегодня чувствую...». Каждое сообщение дочитываю. Каждому отвечаю. Жду.
#Ирина #любовькоторуюбросили #ребёнокбезответственности #освободилотсебя #бегствоотсчастья #сергейгелиевич #алламихайловна #СерёжаЯТебяЛюблю #Беготрадости #КоньякОтПапы #КакимИдиотомНадоБыть #ОсвободилЕёОтСебя #ПереписаннаяГлава #сергейгелиевич #алламихайловна
Оставить комментарий