В статье я рассказываю психологу о болезненном разводе 20-летней давности, о нескольких неудачных попытках сожительства, которые оставили чувство пустоты и одиночества. В статье описываются годы, посвященные работе и семье, и внезапно нахлынувшую пустоту после выхода на пенсию.
Алла Михайловна, день добрый!
- Сергей Гелиевич, здравствуйте! Давненько, давненько вас не было. Хотелось бы надеяться, что дела у вас поправились. Как Даша? Как ваши отношения складываются? Как в школе успехи?
Алла Михайловна, - я слегка стеснительно посмотрел ей в глаза, - Вы не догадаетесь, но у меня совершенно неожиданная тема для беседы.
- ???
Я ведь пришёл не по Дашиным вопросам.
- ???
Да, по своим. Мне подумалось, что многое из того, что произошло и происходит, имеет корни во мне самом. Что во многом виной я сам.
- Сергей Гелиевич, вы тоже не поверите, но у меня появлялась такая мысль, - что вы придёте. Рассказывайте. Что произошло?
Пауза. Не вдруг. “Лиха беда - начало”! Ага! Алла Михайловна терпеливо выжидала, глядя на меня с вниманием и, мне показалось, что с некоторым состраданием.
Тряхнул головой и медленно начал своё повествование.
С моей супругой (Дашиной мамой) мы познакомились в 2009 году. Я в то время был разведенным холостяком. Развелись в 1991-м.
Причина развода? В 1990 году началась “перестройка”. Так назвали произошедший развал нашей огромной страны. “Союз нерушимый” рухнул, как сгнивший сарай. В одночасье. Быстро. Словно кто-то осуществил давно и тщательно подготовленный план его развала. “Перестройка” по сути стала разрухой. Разрухой в политике, в экономике, в мозгах людей. К сожалению - в моих тоже.
У меня была семья, двое любимых ребятишек: сын - старший и дочка, младше брата ровно на два года. День рождения один на двоих. Но….
Жена моя была старше меня на восемь лет. И я решил, что перестройка, значит перестройка во всём. Начался роман с одной из монтажниц цеха, где я тогда работал. Она была на шесть лет младше меня. Привлекательная, общительная. Тоже замужняя, тоже двое детей: дочь и сын.
Роман развивался стремительно. Начавшись примерно в мае месяце, он к сентябрю привёл нас к обоюдному разводу. Две семьи “перестроились” в один месяц. Жили вначале в её квартире с её детьми. Мои оставались с матерью. Встречались по выходным, а то и чаще. Казалось бы “жизнь удалась”. Но! Я потерял работу.
Из-за своего вспыльчивого характера вошёл в конфликт с руководством цеха, уволился (как раз началось движение “малых предприятий” и кооперативов). Я окунулся в эту среду и…. У меня ничего не получалось. Деньги ко мне не шли. Работал какое-то время в охране, таксовал (благо у меня была машина), пытался чинить автомобили. Пытался торговать - пригоняли муку из Москвы и здесь распродавали по базам…. Но всё это были лишь крохи. Причём крохи жалкие. Кончилось тем, что налетел на огромный штраф.
Партнёрша моя не выдержала, уехала в Севастополь, там у её мамы был небольшой домик. Дочка моя перешла жить ко мне - поссорились с братом.
Потом поехал в Узбекистан за яблоками, привёз, получил ещё убыток. Торговал кафелем - вновь штраф. Убытки, бандиты, продал квартиру, вернулся к бывшей жене - в смысле в свою бывшую квартиру.
Сын учился в лицее (ПТУ), потом в вечерней школе, потом ушёл служить в армию. Дочка закончила школу, поступила в университет.
Всё это время я был один. В смысле не женат. Мысли были, но подпустить другую женщину к детям я не мог. Не позволил бы даже хмуриться в сторону моих детей. Так и жили. До 2009 года.
Повторюсь, что до 1998 года я жил с дочкой, а сын - с матерью. Дочке помогал, как мог, устроил в художественную школу, помогал с уроками. Впрочем училась она прекрасно, стала чуть старше, так и вообще самостоятельно.
Мысли встретить женщину, которая стала бы мне женой, а моим детям, если не мамой, то подругой помощницей, советчицей я не отпускал. Увы, мечты так и оставались мечтами.
Сын отслужил, я помог ему устроиться в Объединение, где работал раньше. Дочка окончила университет, но по специальности работать не стала, приобрела совершенно другую профессию. Её историю очень познавательную и полезную с точки зрения внимания родителей к увлечениям ребёнка, я публиковал в своём сообществе во ВК. Кому будет интересно, можно почитать здесь: Как строить отношения с детьми? Жизненный опыт, дающий решение.
Временной отрезок, в течение которого я находился активном поиске спутницы жизни, простирался с 1991 по 2009 годы. Почти, что восемнадцать лет. Может это паранойя какая-то? Мне уже было 50-58 лет. Может стоило, как говорят, - уняться уже? Но мне было совершенно “никак” в одиночестве. Я не бобыль по натуре. Мне нужна была спутница в жизни, помощница, человек, о котором я мог бы заботиться. С которым мог бы интересно проводить время, двигаться куда-то, развиваться, как говорят.
Что скажете, Алла Михайловна?
Психолог отвечает:
Алла Михайловна: (сложив руки на столе, смотрит внимательно и мягко)
Сергей Гелиевич, спасибо, что доверили это. Вы задаёте один из самых важных вопросов, который может задать себе человек: «А не началось ли всё гораздо раньше?» Давайте по порядку.
То, что вы описываете — это не паранойя. Это травма крушения мира, которая наложилась на вашу личную историю.
1990-е годы стали для вас не просто временем перемен — они стали временем тотальной утраты:
1. Утрата страны (к которой, вероятно, была привязанность).
2. Утрата профессиональной идентичности (развал завода, потеря статуса).
3. Утрата семьи (развод, хотя, как я понимаю, решение было вашим).
4. Утрата финансовой стабильности (череда неудач, штрафов, бандиты).
В такой ситуации психика ищет хоть что-то стабильное, за что можно зацепиться. Для вас таким якорем стали дети. Они были единственным смыслом и оправданием всех трудностей. Отсюда и ваше жёсткое правило: «Не позволил бы даже хмуриться в сторону моих детей».
Это была не паранойя, а гиперкомпенсация. Вы чувствовали вину за развал первой семьи (даже если рационально оправдывали это «перестройкой») и пытались стать идеальным, непробиваемым щитом для сына и дочери от любой новой потенциальной угрозы — в том числе от другой женщины.
Но здесь кроется глубокое противоречие, которое вы сейчас ощущаете:
С одной стороны — острая потребность в паре, в спутнице, в тепле. Вы социальный человек, вам тяжело в одиночестве.
С другой стороны — тотальное недоверие к миру и к потенциальным партнёршам в отношении ваших детей. Любая женщина на их фоне воспринималась как риск, как помеха, как «та, что может навредить».
И вы 18 лет жили в этом разрыве. Фактически, ваш внутренний конфликт звучал так: «Я очень хочу близких отношений, но не могу позволить себе быть уязвимым и впустить кого-то в нашу с детьми крепость».
А теперь ключевые вопросы, который приводят вас сюда:
- Не могло ли это глубинное недоверие к женщинам как к «опасности для моих детей» впоследствии повлиять на ваш выбор партнёрши для второго брака?
- Не искали ли вы подсознательно не равную, не „маму“, а кого-то, кто изначально занимал бы подчинённую или „безопасную“ позицию по отношению к вашей роли Отца-Защитника?
То, как вы описываете начало отношений со своей неудавшейся парой — «стремительный роман», «быстрый развод с её стороны» — очень характерно для отношений, где есть сильная эмоциональная голодовка с одной стороны (ваше долгое одиночество) и, возможно, некая нестабильность или потребность в опоре — с другой.
Вы не виноваты. Вы действовали из лучших побуждений: защитить детей. Но наша задача сейчас — увидеть, как эта давняя, выстраданная установка могла повлиять на всё, что произошло потом.
Поэтому мои вопросы к вам:
- Когда вы встретили Дашину мать… вы больше видели в ней спутницу для себя или помощницу для своей сложившейся жизни с детьми?
- Чувствовали ли вы, что наконец-то можете «отпустить» часть своего гиперконтроля над детской сферой, или, наоборот, она изначально встраивалась в уже готовую систему, где главный — вы как отец?
Это не поиск вины. Это поиск исходной точки, где сценарий будущих трудностей, возможно, уже был прописан. Давайте искать её вместе.
Вопросы “на посошок”
Алла Михайловна, верно ли утверждение: "Одиночество в зрелом возрасте — не приговор, а этап, который можно осмыслить. Понимание своих истинных причин замкнутости — первый шаг к изменениям”.
Алла Михайловна: (с лёгкой улыбкой и кивком)
- Сергей Гелиевич, ваша формулировка — точная и психологически грамотная. Она отражает суть, которую мы только что начали исследовать. Позвольте лишь немного углубить и усилить её, чтобы она звучала ещё убедительнее.
Ваш вариант:
"Одиночество в зрелом возрасте — не приговор, а этап, который можно осмыслить. Понимание своих истинных причин замкнутости — первый шаг к изменениям."
Уточнённый вариант:
"Одиночество в зрелом возрасте — не приговор, а сигнал. Сигнал о том, что какие-то внутренние установки — возможно, выстраданные и казавшиеся правильными, — стали стенами. Осознать эти стены — уже наполовину их разобрать. Ваша история — тому подтверждение."
(Акцент смещается с «этапа» на «сигнал» — это более динамично и побуждает к действию.)
Ваш CTA (призыв к действию):
"А вы сталкивались с непониманием в новых отношениях из-за детей? Поделитесь своей историей в комментариях — ваш опыт важен для других."
Дополненный CTA:
"А как вы строили границы между новой любовью и родительством? Или, может, сами стали заложником когда-то созданных ‘правил’? Поделитесь в комментариях — ваш опыт поможет другим увидеть свои сценарии со стороны."
(Вопрос становится более личным и провоцирует на более глубокую рефлексию, отталкиваясь от вашего примера.)
Почему это важно?
Вы интуитивно ухватили главное: одиночество — это часто следствие не внешних обстоятельств, а внутренних «правил», которые мы сами создали для защиты. В вашем случае это правило звучало как: «Никто не должен вмешиваться в отношения с моими детьми». И оно было необходимо в тот период. Но позже, когда дети выросли, это правило не было пересмотрено — оно автоматически перенеслось на новые отношения, превратившись в барьер.
Поэтому ваша история — ключевая для многих.
Она показывает:
1. Как травма (распад семьи, неудачи) формирует жёсткие защитные стратегии.
2. Как эти стратегии, оставшись неосознанными, управляют нашими выборами годами.
3. Как даже самая благородная установка («защитить детей») может привести к новым потерям.
Ваш призыв — очень своевременный. Он позволит другим увидеть в вашем опыте не просто историю, а инструкцию к самоанализу. Вы не даёте советы — вы предлагаете вместе исследовать ловушки, в которые попадаем мы, взрослые, пытаясь совместить родительскую гиперответственность с правом на личное счастье.
Можете смело использовать свою формулировку. А если захотите придать ей больше психологической глубины — берите уточнённый вариант. Вы на правильном пути, Сергей Гелиевич. И ваша готовность делиться этим путём — дорогого стоит.
#второй шанс в 70 лет», #поиск партнера в зрелом возрасте», #отношения после развода», #поздняя любовь», #одиночество пожилого мужчины», #знакомства для серьезных отношений», #психология зрелых отношений».
Оставить комментарий